Ир по медицинским показаниям: Страница не найдена — ГБУЗ МО МОНИИАГ

Содержание

Официальное сообщение — ДЗМ

По факту публикации в СМИ информации об ограничении доступности на прерывание беременности в период пандемии коронавируса Департамент здравоохранения выступает с официальным опровержением.

Не смотря на эпидемиологическую ситуацию, прерывание беременности по желанию или по медицинским показаниям, не считается плановой медицинской помощью и, по-прежнему, проводится во всех медицинских организациях, оказывающих помощь в рамках базовой программы ОМС, и имеющих лицензию на оказание медицинской помощи по акушерству и гинекологии (искусственному прерыванию беременности). Исключение составляют гинекологические отделения в стационарах, перепрофилированных для лечения пациентов с подозрением на коронавирусную инфекцию.

Такие больницы, как ГКБ Виноградова, ГКБ 67, ГКБ 1 Пирогова, ГКБ Буянова, ГКБ Кончаловского, ГКБ Ерамишанцева, ГКБ Вересаева (роддом), ГКБ Плетнёва (роддом), ГКБ 52 (роддом), ГКБ им Боткина, ГКБ 13, ГКБ Юдина, ЦПСиР и др. по-прежнему оказывают данный вид медицинской помощи.

Выдача направления на прерывание беременности вне зависимости от того, желание это женщины или медицинские показания, проводится врачом женской консультации. Для этого необходимо прикрепиться к консультации по беременности — это можно сделать дистанционно, через портал Мэра Москвы.

Искусственное прерывание беременности по желанию женщины осуществляется при сроке беременности до 12 недель при наличии информированного добровольного согласия.

При наличии показаний для проведения искусственного прерывания беременности консилиумом врачей выдается заключение о выявлении у беременной или плода медицинских показаний для проведения искусственного прерывания беременности. В таком случае также необходимо оформление врачом ЖК помимо направления в стационар ещё и протокола ВК.

Всех женщин, которые обратились с желанием прервать беременность, в обязательном порядке консультирует психолог.

Аборт и его последствия

Что такое аборт знает каждая женщина, а вот как делают аборт, каковы показания и противопоказания, последствия – известно далеко не всем.

Абортом называется прерывание беременности, произошедшее самопроизвольно либо искусственно сроком до 22 недель при массе плода до 500 г. Чем оправдывают аборт Зачем плодить нищету? Беременность наступила в результате изнасилования. Родители против ребенка или муж говорит, что уйдет. Если мать может умереть родами? Если известно, что родится больной ребенок? Родители алкоголики. Другие причины абортов… Лозунги в защиту абортов Каждый ребенок должен быть желанным. Каждая женщина имеет право распоряжаться собственным телом. Никто не должен навязывать другим своей религиозной морали. Узаконенный аборт — безопасен. Аборт — не убийство т.к. плод не является человеком…

По течению процесса выделяют аборты:

· Самопроизвольный.

· Искусственный.

Самопроизвольное прерывание подразделяется по сроку, на котором беременность в силу различных причин была прервана:

1. Ранний самопроизвольный аборт – самопроизвольное прерывание на сроке до 12 недель.

2. Поздний – самопроизвольное прерывание на сроке от 14 до 22 недели.

3. Привычный — такое название получило самопроизвольное прерывание, повторившееся более двух раз.

Искусственное прерывание беременности также классифицируют по условиям, в которых выполнялась манипуляция:

· Безопасный аборт – выполняемый в специализированном учреждении под контролем профильных специалистов.

· Небезопасный – выполняемый в ненадлежащих условиях, зачастую неспециалистами. Именно выполнение манипуляции в небезопасных условиях является причиной послеоперационных осложнений, приводящих к печальным последствиям и заканчивающихся гибелью женщины.

Прерывание может быть:

· Медикаментозным.

· Инструментальным.

Инструментальный путь решения, в зависимости от срока и выбранного способа экстракции, бывает следующих видов:

· Вакуум-экстракция – применяется на ранних сроках до 12 недель.

· Дилатация, кюретаж – по своей сути напоминает выполняемую достаточно часто гинекологическую процедуру раздельного выскабливания.

· Роды, вызываемые искусственно – применяются на более поздних сроках.

По особенностям клинического течения разделяют аборты:

· Полный.

· Неполный.

· Несостоявшийся.

· Начавшийся, в ходу.

Безопасные и небезопасные аборты

Выполнение небезопасных абортов – достаточно сложная и актуальная проблема современной гинекологии. Статистика абортов в мире, согласно данным ВОЗ, свидетельствует, что несмотря на быстрое развитие современной медицины, улучшение и увеличение доступности оказания медицинской помощи даже в бедных странах с низким уровнем жизни, ежегодное количество выполняемых небезопасных абортов составляет более 20 миллионов случаев. Из них примерно 5 миллионов заканчиваются кровотечениями, перфорациями матки, септическими осложнениями, приводящими к смертельному исходу порядка 50 тысяч женщин.

Даже для развитых стран показатель смертности среди женщин, которым был сделан небезопасный аборт составляет 30 случаев на 100 000 случаев небезопасного аборта.

А для стран Африки показатель достигает более 500 смертельных исходов на 100 000 небезопасных абортов.

Риск осложнений небезопасных абортов прогрессивно увеличивается с увеличением срока беременности. Как правило, вероятность такого аборта выше при ограничениях доступности выполнения безопасного прерывания, отсутствии должной просветительской деятельности и пропаганды приёма противозачаточных препаратов, как альтернативы искусственному прерыванию беременности.

Показания

С целью выполнения безопасного аборта в специализированном медицинском учреждении, как и для любого медицинского инвазивного вмешательства, существуют показания:

1. Осознанный выбор женщины. В срок до 12 недель законодательно закреплено право женщины на выбор: прерывать или не прерывать беременность.

2. Констатация в результате выполненного обследования внутриутробной гибели плода, патологических состояний плода.

3. Возникшие во время беременности непредвиденные осложнения, несущие угрозу жизни женщины.

4. Подтвержденная результатами обследования внематочная беременность.

5. Критические изменения состояния здоровья женщины, требующие немедленного вмешательства, непосредственно не связанные с протеканием беременности: необходимость трансплантации органов, проведение химиотерапевтического, лучевого лечения в связи с выявленным на фоне беременности онкологическим заболеванием. Следует учесть, что описанная клиническая ситуация не является абсолютным показанием для прерывания беременности. Во всех описанных случаях учитывается желание и право

женщины на сохранение беременности, несмотря на высокий риск фатальных исходов как для матери, так и для ребёнка.

6. Юридический аспект, заключающийся в праве прерывания беременности, возникшей в результате изнасилования, сроком до 22 недель.

Противопоказания

Общими относительными противопоказаниями являются:

· Острые воспалительного, инфекционного характера заболевания половых путей.

· Диагностированная внематочная беременность.

· Срок, превышающий 12 недель. Исключение составляет необходимость выполнения манипуляции по медицинским показаниям.

· Наличие резус-конфликта при первой беременности.

Перед тем, как делается аборт, существует необходимый обязательный перечень обследований.

Медикаментозное прерывание беременности

ВОЗ рекомендует применение медикаментозного прерывания на сроке беременности до 9 недель, но не более 49 дней с момента последнего менструального кровотечения.

Показаниями для такого вида аборта являются:

· Желание женщины. (при условии, если срок позволяет использование данного метода).

· Наличие медицинских показаний, выявленных до указанного срока.

Противопоказаниями являются:

· Непереносимость лекарственных препаратов.

· Внематочная беременность.

· Серьезная сопутствующая патология в фазе обострения, нарушение реологических свойств крови.

Проводится манипуляция в условиях специализированного учреждения, под присмотром специалиста. Как правило, не требует стационарного пребывания женщины, приём препаратов может осуществляться амбулаторно.

Госпитализация требуется при возникновении осложнений:

1. При возникновении кровотечения, требующего неотложного вмешательства.

2. При неполном аборте.

3. При появлении выраженных побочных реакций в виде проявлений аллергии, диспепсических расстройств, неукротимой рвоты, диареи, лихорадки.

Эффективность медикаментозного прерывания составляет от 92 до 98%.

При назначении такого способа прерывания нежелательной беременности следует учитывать важный психоэмоциональный фактор: медикаментозное воздействие психологически гораздо легче переносится женщинами, нежели использование инструментальных методов.

Вакуумная аспирация

 

Относится к инструментальным методам. Является рекомендованным ВОЗ способом безопасного прерывания беременности на сроке до 12 недель.

Результативность этого метода составляет практически 100 %, а вероятность осложнений по статистическим данным не превышает 0,1%.

Показаниями для выполнения вакуум-аспирации являются:

· Желание пациентки прервать беременность на сроке до 12 недель.

· Неполное прерывание после предшествовавшего медикаментозного аборта.

· Наличие медицинских показаний для прерывания до 12 недель беременности.

Процедура выполняется в специализированном гинекологическом учреждении. Чаще всего амбулаторно. Применяются местные анестетики с целью обезболивания во время процедуры.

Осложнениями являются:

· Маточное кровотечение, требующее хирургического вмешательства при невозможности остановки консервативным путём.

· Неполный аборт – при невозможности выполнить ультразвуковой контроль после инцизии.

· Головокружение, тошнота, рвота, проявления выраженной слабости – имеют временный характер, существенно не оказывают влияния на отдаленные последствия.

Важно помнить, что после вакуум-аспирации необходимо соблюдение полового покоя не менее 2-3-х недельного срока.

Инструментальный аборт (кюретаж)

 

Ещё до недавнего времени это был единственный способ прерывания нежелательной беременности.

Показания для проведения:

· На сегодняшний день именно такой способ прерывания применяется на сроках более 12 недель исключительно с учетом медицинских показаний.

· При неполной аспирации после мини-инвазивной манипуляции, при визуализации остаточной ткани плодного яйца во время ультразвукового контроля полости матки.

Требует для проведения условий операционной гинекологического стационара. Выполняется под общей внутривенной анестезией.

Механизм того, как делают аборт (кюретаж), подобен выполнению раздельного выскабливания, проводимого с диагностической целью: через раскрытый наружный зев и цервикальный канал специальным инструментом (кюреткой) выскабливается весь функциональный слой матки с плодным яйцом.

Осложнениями являются:

· Маточное кровотечение.

· Травмирование стенок матки, перфорация матки, повреждение слизистой оболочки шейки матки с последующим развитием эрозий.

· Возникновение воспалительных процессов органов репродуктивной системы.

Искусственное вызывание родов

Выполняется на более поздних сроках. По сути представляет собой аборт, но с существенными отличиями:

· Наличие исключительно медицинских показаний: констатация факта внутриутробной смерти плода, выявление несовместимых с жизнью тяжелых аномалий развития ребёнка.

· Осложнения беременности, выявленная тяжелая патология у матери, требующая безотлагательного лечения, влекущая вероятность смертельных последствий для матери.

Отдаленные последствия аборта

Последствия прерывания беременности разделяют на:

· Ранние. Это ранние послеоперационные осложнения.

· Отдаленные.

Необходимо понимать, что прерывание беременности при отсутствии ранних осложнений вовсе не означает, что аборт является безобидной, не оказывающей влияния на организм, процедурой.

Отдаленными последствиями являются:

1. Нарушения гормонального баланса организма, проявляющиеся нарушениями цикла.

2. Возникновение опухолевых образований молочных желез.

3. Опухолевые и предопухолевые фоновые заболевания органов женской половой сферы.

4. Хронические воспалительные заболевания органов таза.

5. Возникновение спаечного процесса в малом тазу.

6. Бесплодие.

7. Психоэмоциональная травма, переживания. 8. Психологические последствия абортов

Аборт оставляет след не только на теле, но и на душе матери. Женщин, совершивших аборт, преследуют тяжкие переживания, могущие довести до самоубийства. Психологические последствия аборта получили название «Послеабортный синдром»…

9. Воспоминания женщин, сделавших аборт Если Вы хотите сделать аборт, послушайте женщин, которые уже совершили его. Возможно, Вы не вполне отдаете себе отчет и не знаете, что может Вас ожидать после совершения аборта…

Безусловно, право каждой женщины решать вопрос о сохранении или прерывании беременности. Принятие решения должно подразумевать спокойный и взвешенный анализ всех «за» и «против».

Искусственное прерывание беременности и его последствия

ИСКУСТВЕННОЕ ПРЕРЫВАНИЕ БЕРЕМЕННОСТИ И ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯ

 

Мамочка, здравствуй.

Мамочка, здравствуй, чудесное утро!

Я не мешал тебе спать?

Вырасту — буду я сильным и мудрым,

Буду твой сон охранять.

Мама, смотри, вот мой маленький пальчик!

Мама, с тобой хорошо!

Мама, ты знаешь, я, кажется, мальчик!

Буду, как папа, большой…

Мама, ты знаешь, я слышал сегодня

Новое слово — «аборт»…

Мама, зачем чьи-то пальцы так больно

Твой нажимают живот?

Маму не трогайте, дяди и тёти!

Вы не отправитесь в рай,

Если вы маму случайно убьёте!

Мамочка, не умирай!

Мама, скажи им, пускай перестанут!

Мама, откуда здесь свет?

Мама, мне больно, куда меня тянут?!

Мама!. . Меня больше нет…

 

 Мама звонит своей близкой подружке:

«Что ж, всё прошло хорошо…

День отлежусь, и закатим пирушку,

И погуляем ещё…»

 

Сегодня вряд ли найдется хоть один человек, который бы положительно относился к абортам. Тем не менее, во всех странах женщины прибегают к такому методу, чтобы прервать беременность, которая по каким-либо причинам оказалась нежеланной. Каждый год в мире производится около 53 млн. абортов. Однако уровень абортов в различных странах существенно различается. Так, например, в Японии, Нидерландах, Англии, Финляндии, Швеции их число сведено к минимуму.

К сожалению, в России аборты до сих пор остаются основным способом регулирования рождаемости, по их числу мы занимаем второе место в мире после Румынии. Ежегодно в России производится свыше 2 миллионов абортов, причем около 10% из них приходится на молодых женщин в возрасте до 19 лет. Количество абортов среди подростков в России является одним из самых высоких в мире. Абортом заканчивается первая беременность у 94% подростков моложе 14 лет и у половины подростков 15-19 лет. Если учесть, что более 50% абортов влекут за собой ранние или поздние осложнения, то при отсутствии действенных мер имеет место реальная угроза потери здоровья будущего населения страны. Уровень абортов, состояние репродуктивного здоровья женщин и применение современных методов контрацепции тесно связаны.

Хорошо известно, что прерывание беременности оказывает неблагоприятное воздействие на состояние здоровья женщины, особенно в подростковом возрасте, являясь одной из причин гинекологических заболеваний и последующих нарушений репродуктивной функции. Неблагоприятно сказывается аборт и на течении последующей беременности.

 

Принятие решения об аборте — очень серьезный и ответственный шаг.

 Чтобы не совершить этого шага, повторим информацию об опасности аборта.

 

  1. 1.Прерывание беременности угрожает жизни женщины и будущего малыша. 25-30% материнской   и   20-25%   перинатальной   смертности  последствия   сделанных женщинами абортов. Аборт в последующем может привести к невынашиванию беременности — самопроизвольным абортам и преждевременным родам.

2. Аборт сопровождается многочисленными осложнениями: массивное кровотечение, прободение (перфорация) матки, воспалительные заболевания женских половых органов, нарушения менструального цикла, а спустя месяцы и годы после аборта -нарушение репродуктивной функции  с последующим развитием  гормонально-зависимых   заболеваний   —   эндометриоза,   миомы   матки,   дисфункциональных маточных     кровотечений,    мастопатии,     гиперпластических    и    предраковыхпроцессов.

3. Аборт часто провоцирует воспалительный процесс. Начавшись в матке, он словно пожар перекидывается на маточные трубы и яичники. В трубах образуются спайки, в результате которых в последующем могут развиться внематочная беременность или бесплодие.

 

В этой связи следует еще раз напомнить о воздержании от половой жизни до брака, о вопросах предохранения от беременности, о значимости зачатия ребенка в полноценной и здоровой семье.

 

Осложнения после аборта являются одной из основных причин женского бесплодия.

Так же аборт для  женщины — это еще и тяжелая психологическая травма, связанная как с самой операцией, так и с четким осознанием тех обстоятельств, которые вынуждают ее принимать такое непростое решение. Чтобы избежать новых переживаний, связанных с абортом, сберечь свое здоровье и здоровье своих будущих детей, женщина должна знать обо всех методах предупреждения нежелательной беременности. Многочисленные исследования убедительно показали, что риск, связанный с применением контрацептивных средств, значительно ниже, чем риск, связанный с нежелательной беременностью и абортом.

Медицинской аборт — это искусственное прерывание беременности, выполненное обученным медицинским персоналом с соблюдением всех требований. Аборт производится в медицинском учреждении с информированного согласия женщины, с обязательным оформлением соответствующей медицинской документации. Искусственное прерывание беременности проводится по желанию женщины до 12 недель беременности, по социальным показаниям (беременность в результате изнасилования, смерть мужа во время беременности и др.) — до 22 недель, а при наличии медицинских показаний и согласия женщины — независимо от срока беременности. Таким образом, после 12 недель беременности женщина не может прервать беременность по собственному желанию. В такой ситуации решение о прерывании беременности принимает специальная комиссия, в которую входят врач, юрист и другие специалисты.

Операция искусственного аборта путем выскабливания матки сводится к расширению канала шейки матки с помощью специальных расширителей (металлические палочки различного диаметра), удалению плодного яйца с помощью специальных инструментов с последующим выскабливанием стенок полости матки и освобождением ее от плодного яйца и эндометрия. Эта операция проводится под местной анестезией или под наркозом, что исключает возможность болевых ощущений для женщины. Прерывание беременности в поздние сроки еще более сложная и опасная операция.

Помимо традиционного способа прерывания беременности существуют другие методы искусственного аборта, в том числе мини-аборт и медикаментозный аборт. Мини-аборт производится на ранних сроках беременности: при сроке до 20 дней задержки менструации. Необходимо отметить, что чем раньше производится аборт, тем он безопаснее, меньше вероятность осложнений. Суть этой операции также сводится к удалению из матки плодного яйца с помощью специального вакуумного аппарата. Операция менее болезненная и травматичная.

Метод искусственного прерывания беременности с помощью специальных лекарственных средств называется медикаментозным абортом. Он также производится на ранних сроках беременности и считается менее опасным. Введением лекарственных средств достигается расширение шейки матки, повышение сократительной активности матки с последующим отторжением и выведением плодного яйца из полости матки.

К сожалению, некоторые женщины считают возможным прерывать беременность вне медицинского учреждения, в этом случае говорят о криминальном аборте. Такой аборт нередко приводит к тяжелым последствиям для женщины: кровотечению, травмам половых органов, тяжелым осложнениям воспалительных заболеваний, нередко со смертельным исходом. Очень редко такой аборт не влечет за собой тяжелых расстройств репродуктивной функции, включая бесплодие.

С наступлением беременности в организме женщины происходят физиологические изменения, способствующие нормальному развитию плода, подготовке организма к предстоящим родам и грудному вскармливанию ребенка. Жизненные силы организма женщины направлены в это время на рождение здорового ребенка. Аборт нарушает эти физиологические изменения, вызывая в ряде случаев нарушение функций нервной, иммунной и эндокринной систем. Такое насильственное вмешательство в сложные биологические процессы не может пройти бесследно для организма.

 

 

Милые дамы, любите себя,

берегите себя и заботьтесь о своем здоровье

сами. Здоровье бесценно и очень понадобится

вам, когда Вы решите,

что вам уже пора стать мамой.

«Польский путь»? Зачем в России хотят изменить список показаний для аборта

  • Анастасия Голубева
  • Русская служба Би-би-си

Автор фото, Alexander Ryumin/TASS

Российский минздрав предлагает изменить список медицинских показаний, по которым женщина может сделать аборт на любом сроке беременности. По новым правилам, которые предлагают чиновники, аборт на поздних сроках будет показан только при непосредственной угрозе здоровью женщины. Фактически женщины могут лишиться возможности самостоятельно решать, готовы ли они вынашивать плод с серьезными врожденными заболеваниями.

Русская служба Би-би-си изучила предложения минздрава.

Что это за список?

«Новый проект приказа не отменяет прерывание беременности по желанию женщины, а содержит медицинские показания, при которых прервать беременность можно независимо от ее срока», — ответили в минздраве на критику предложений.

По нынешнему законодательству, женщина может во всех случаях сделать аборт на сроке до 12 недель, а если она подверглась изнасилованию, то до 22 недель. По медицинским показаниям аборт можно делать на любом сроке.

Нынешний перечень медицинских показаний к аборту действует с 2007 года. Список хотят пересмотреть с учетом «развития медицинской науки и изменения в подходе к лечению различной патологии при беременности», — сказали Би-би-си в минздраве России.

Рекомендации одновременно и добавляют заболевания, при которых можно прервать беременность, и убирают некоторые нормы, которые содержались в документе 2007-го года.

Например, теперь предлагается разрешить делать аборт, если женщина болеет четвертой стадией ВИЧ, серповидно-клеточным нарушением, различными психическими расстройствами, некоторыми заболеваниями нервной системы (например, эпилепсией) и другими острыми заболеваниями.

В то же время из медицинских показаний к аборту хотят убрать диагностированные у женщины злокачественные образования (если не назначена химиотерапия), психозы, вызванные употреблением наркотиков, депрессивные эпизоды, хромосомные нарушения (такие как синдромы Дауна, Патау и Тернера) и другие заболевания.

Также, по нынешним законам, женщина имеет право сделать аборт на любом сроке при врожденной аномалии плода с «неблагоприятным прогнозом для жизни» ребенка. Минздрав предлагает убрать эту норму и вместо нее узаконить предоставление «медицинской помощи матери при установленных ‎или предполагаемых аномалиях ‎и повреждениях плода». Это можно трактовать так, что если аномалия плода не угрожает жизни и здоровью женщины, то делать аборт на поздних сроках она не имеет права.

Чего опасаются противники нового списка?

«Это биополитика. Таким термином в конце 70-х годов Мишель Фуко назвал вмешательство государства в биологическую жизнь граждан», — так охарактеризовала новый список депутат Оксана Пушкина.

По мнению Пушкиной, решающее слово в обсуждении прав женщин на аборты должны иметь женские объединения, которые прислушиваются к советам врачей. Пушкина уверена, что часто за решением сделать аборт стоят не медицинские и не этические причины, а социально-экономические — «невозможность дать младенцу все необходимое, обеспечить ему перспективы в жизни».

Автор фото, Sergei Bobylev/TASS

Подпись к фото,

Оксана Пушкина

Новый список минздрава она назвала “польским путем”. Осенью 2020 года в Польше ввели запрет на аборты из-за неизлечимой болезни плода. По этому показанию в стране проводилось 98% всех абортов. Это решение вызвало массовые протесты.

Пушкина также опасается, что исключение некоторых норм из списка приведет к росту числа подпольных абортов.

Сужение списка показаний для аборта может провоцировать коррупцию, опасается акушер-гинеколог, эксперт ВОЗ Любовь Ерофеева. «Если какой-то запятой не хватает, а человеку необходимо что-то сделать, а бюрократы будут говорить: «Нет, вы в эту группу не входите, это вычеркнули из списка», — это всегда возможность для коррупции», — считает она.

Для просмотра этого контента вам надо включить JavaScript или использовать другой браузер

Подпись к видео,

Как в Польше борются против закона о запрете абортов

Ее тревожит и то, что женщинам будет затруднительно сделать аборт при нарушениях развития плода. Ерофеева полагает, что это может увеличить количество отказов от детей, рожденных с тяжелыми заболеваниями. «То есть мы государству на плечи будем просто добавлять живых, но не способных самостоятельно развиваться и жить детей», — считает врач.

Против нового списка выступили и некоторые феминистские интернет-сообщества. Несколько активисток призвали подписчиков оставлять негативные отзывы на предложение минздрава на портале государственной информации.

Что говорят противники абортов?

О возможных проблемах из-за принятия нового списка минздрава спорят в основном на феминистских порталах, а «обычные люди это даже не обсуждают», говорит Наталья Москвитина, глава фонда «Женщины за жизнь», который занимается профилактикой абортов.

Она уверена, что список показаний для аборта должен переодически корректироваться, чтобы быть более актуальным. Также она отмечает, что многие женщины сейчас сталкиваются с сильным давлением со стороны врачей: «Женщине говорят, что ребенка нужно абортировать, а она считает, что ребенок с патологией может жить».

В частности, утверждает Москвитина, многие люди «боролись с системой», доказывая, что хотят родить ребенка с расщелиной неба («заячья губа») или косолапостью. Хотя многие патологии плода могут быть скорректированы сразу после рождения — например, гастрошизис (дефект передней брюшной стенки).

Автор фото, Anton Vergun/TASS

Подпись к фото,

Акция противников абортов в Белгороде. 2016 год

Также, по словам Москвитиной, диагностика может ошибаться, а врачи перестраховываться: «Бывает, что по некоторым показаниям видно, что это патология, а через неделю или две плод изменяется, перерастает, и патологии [как] и не было. Это же человек — что-то быстрее развивается, что-то медленнее, что-то не так видно на аппарате».

Противница абортов полагает, что врачи часто опасаются возможных исков со стороны родителей больных детей, а потому советуют сделать аборт, чтобы обезопасить себя.

«Так работает система: если есть патологии, значит есть риски, значит будут нужны дополнительные операции, значит врач может получить судебный иск. Каждый боится за себя», — считает Москвитина.

По ее словам, патологии, при которых ребенок нежизнеспособен после рождения, в списке минздрава так и остались. Были убраны только операбельные патологии и те, которые не сильно влияют на жизнь ребенка.

ЛЕНИНСКАЯ РАЙОННАЯ БОЛЬНИЦА | «Подари мне жизнь!»

Министерство здравоохранения Тульской области информирует  о том, что ежегодно с 9 июля по 15 июля проходит Всероссийская профилактическая акция «Подари мне жизнь!».

Россия на протяжении многих лет занимает одно из ведущих мест по числу абортов, пагубные последствия которых приводят к материнской смертности, нарушению репродуктивного здоровья, бесплодию, не вынашиванию беременности, осложнениям беременности и родов, формированию целого ряда гинекологических заболеваний. В связи с этим предотвращение и профилактика абортов и их осложнений — одна из главных задач в сохранении репродуктивного здоровья женщины и залог рождения здорового потомства.

По официальным данным Росстата только за последние 10 лет количество абортов в РФ сократилось в 2 раза по желанию женщины, а не по медицинским показаниям.

 В современных условиях операция аборта приобрела большое социальное значение, так как, наряду с контрацепцией, рассматривается как метод регулирования роста народонаселения и планирования семьи

Аборт  — это прерывание беременности в сроки до 22 недель. Аборты бывают:

  • естественные, называемые выкидышами;
  • криминальные, проводимые вне стен медицинского учреждения и дающие наибольшее число серьезных осложнений;
  • медицинские — искусственное прерывание беременности, проводимое в стенах лечебно-профилактического учреждения на разных сроках:

мини-аборты производят в сроки до трех недель задержки менструации с помощью вакуумного отсоса;

инструментальные аборты производят до 12 недель беременности с помощью хирургического выскабливания матки;

на сроке 20-22 недели производят искусственные роды в соответствии с медицинскими или социальными показаниями;

  • фармацевтические (их также называют фармакологическими или медикаментозными).

Как пишет А.А. Попов, законодательным актом Правительства РФ женщине предоставлено право самой решать вопрос о материнстве, о сохранении или прерывании беременности в сроке до 12 недель. В соответствии с действующим законодательством искусственное прерывание беременности до 12 недель может быть произведено по желанию женщины, а в более поздние сроки — только по медицинским показаниям. Многим женщинам беременность на определенном этапе их жизни противопоказана. Не рекомендуется рожать совсем юным девушкам, женщинам старше 40 лет, недавно родившим, перенесшим операцию или какое-либо серьезное заболевание.
Многие женщины ошибочно считают аборт хотя и болезненной, но простой операцией, доступной и безобидной. Ни у кого это грубое вмешательство в организм не проходит бесследно. Аборт — это физическая и психологическая травма для женщины, так как во время аборта врач насильственно расширяет канал шейки матки металлическими инструментами и с использованием специального острого инструмента разрушает и удаляет плодное яйцо из полости матки. А также выскабливает стенки матки, чтобы удалить вросшие в стенку матки ворсины плаценты. При этом врач не видит операционного поля и действует вслепую, на ощупь.

Бывает, что во время операции начинается массивное кровотечение, так как сосуды обнажены, матка слабо сокращается, кровь может плохо сворачиваться. В некоторых случаях, если кровотечение не удается остановить, матку приходится удалять.

Другое серьезное осложнение аборта — перфорация матки. В таких случаях женщину спасает только срочное оперативное вмешательство. Менее серьезными осложнениями во время аборта являются травмы шейки матки. Почти при каждом аборте этого не удается избежать.
Более щадящим методом прерывания беременности является мини-аборт, или вакуум-аспирация, которая применяется в современной медицинской практике для прерывания беременности в более ранние сроки, до 6 недель беременности. Суть этого метода заключается в следующем: врач вводит в полость матки через маточный зев пластиковую или металлическую канюлю и вакуумным медицинским отсосом удаляет содержимое матки без выскабливания ее стенок. Эту операцию производят под общим обезболиванием. Метод эффективен в 99 % случаев. При таком вмешательстве снижается риск осложнений.

Подводя итог, каким бы ни был аборт, он все равно является грубым вмешательством, отрицательно влияющим на женский организм. При мини-аборте, так же как и при традиционном аборте, в будущем женщину могут ожидать всевозможные воспалительные заболевания, не вынашивание желательной беременности, нарушения менструального цикла и другие неприятности.
Не следует забывать, что как во время, так и после аборта организм женщины испытывает настоящий шок. Кроме нервной системы особенно болезненно реагирует на прерывание беременности эндокринная система. Сдвиги в обмене веществ могут приводить к развитию ожирения. Следствием аборта могут стать и сексуальные расстройства, вплоть до полной утраты сексуальной чувствительности. Под влиянием пережитого аборта у некоторых женщин происходят изменения в психическом состоянии. Они могут впадать либо в депрессию, либо в агрессивное состояние.

 Как уже было сказано выше, после аборта женщину могут ожидать всевозможные воспалительные заболевания, невынашивание желательной беременности, нарушения менструального цикла и другие неприятности. Поэтому, профилактика абортов и их осложнений — важная медико-социальная проблема. Неоценимую роль в этом отношении играет рациональная контрацепция, значение которой для профилактики нежелательной на определенном этапе беременности, а следовательно и абортов, трудно переоценить. Однако, проблему абортов возможно решить только совместными усилиями государственных органов, медицинских и социальных служб, общественных организаций и самого населения.

 

«Я всё время думала о своих нерождённых детях»: Истории несбывшегося материнства

СОЦИАЛЬНЫЕ НОРМЫ ДИКТУЮТ, что женщина должна быть матерью, а неспособность или нежелание рожать сопровождается осуждением и дискриминацией. В реальности одна из четырёх беременностейзаканчивается выкидышем, у 15 % пар во всём мире отмечается бесплодие, многие вынуждены прерывать беременность по медицинским показаниям или из социально-экономической необходимости.

Несмотря на то что процент младенческой смертности в России и мире стремительно снижается, риск потери уже рождённого ребёнка тоже существует.

За каждой историей, формирующей статистику неудачной беременности, помимо скорби скрывается чувство обиды, стыда, неполноценности, предательства со стороны собственного тела, неготовность врачей и близких относиться к женской трагедии внимательно. Говорить о многих вещах мы до сих пор не умеем: выкидыши замалчиваются, женщин успокаивают словами, что у них ещё будут дети, а сделавших аборт порицают — как минимум за неумение пользоваться надёжной контрацепцией. Мы поговорили с разными женщинами — о жизни с бесплодием, опыте выкидыша, абортов и потери ребёнка.


Маша

27 ЛЕТ

Бесплодие

 В своей голове я начала «беременеть» лет восемь назад, когда вышла замуж и стала работать с маленькими детьми. Мне по душе атмосфера семьи, воспитания и развития малышей. Тогда мы с мужем решили, что пока с ребёнком подождём: мы жили у родителей, мне нужно было доучиться, да и денег особо не было. Если бы залетела, мы были бы счастливы. Но презерватив был нашим верным другом следующие пять-шесть лет и ни разу не подводил.

Планировать беременность мы стали года два-три назад. До этого у меня была череда регулярных походов к гинекологу: то небольшой сбой цикла, то киста, то что-то ещё. Во время одной задержки менструации на два с половиной месяца я попала к новому специалисту. Оказалось, что у меня нет овуляции, а значит, забеременеть я не могу. После этого было много разных этапов. Были страх и полное непонимание, когда врачи не могли сказать ничего вразумительного, назначали кучу анализов, диагностика затягивалась на месяцы. Были моменты, когда я не была уверена, насколько по-настоящему хочу ребёнка, как будто уже переболела этим острым желанием.

Иногда, если случалась самая незначительная задержка, я сразу начинала чувствовать себя беременной. Появлялись все симптомы: и живот тянет, и грудь болит, и я вся такая раздражительная. Во время очередной ложной беременности я подсела на коляски — смотрела картинки и видео, выбирала. Видимо, это было какой-то внутренней уловкой: всё равно малыш появится, а я пока ему коляску выберу. Это помогало мне сохранять надежду, не срываться на мужа, не психовать. Я стала экспертом по коляскам, мой муж (не по своей воле) — тоже, и надеюсь, мне это когда-нибудь пригодится.

В моей голове никак не укладывается, что ради появления малыша нужно заниматься сексом как работой. Всё волшебство пропадает, приходится отмечать дни в календаре, а через месяц проверять, зачали мы тогда или нет. Мне это не нравится, но я понимаю, что это единственный способ. Для меня пример спокойствия, верности и мудрости — муж. Я до сих пор не понимаю до конца, неужели он правда не переживает? Поначалу меня это даже раздражало, но поговорив с ним, я осознала: это не безразличие, а зрелая позиция. И это как раз то, что мне нужно.


Всемирная организация здравоохранения определяет бесплодие как неспособность сексуально активной, не использующей контрацепцию пары добиться беременности в течение одного года. Бесплодие выявлено примерно у 15 % пар во всём мире. И хотя примерно в половине случаев причиной неспособности пары к репродукции является мужское бесплодие, социальное бремя непропорционально ложится на женщин, считает доктор Махмуд Фатала, сотрудничающий с ВОЗ.

Очень важно исследовать психологические проблемы, которые возникают на фоне диагностики и лечения. Медработники должны помнить, что бесплодие — кризис в жизни обоих партнёров: их семейная и сексуальная жизнь подвергается испытаниям. И хотя женщины чаще мужчин жалуются на стресс, связанный с невозможностью иметь детей, приводящий к тревоге и депрессии, психологическую помощь лучше оказывать обоим. Факт отсутствия у молодой пары детей не должен вызывать недоумения, осуждения, вопросов и призывов к действию. Подобное вмешательство как минимум неэтично, максимум — причиняет страдание.


Ольга

34 ГОДА

Аборт

 Я очень рано созрела, лет с двенадцати начала встречаться с мальчиками, в шестнадцать влюбилась по-настоящему. Мама решила поделиться со мной «женской мудростью» и рассказала, как высчитывать опасные дни, чтобы не забеременеть. Как оказалось, способ был дурацким. Я забеременела. Помню, как до ужаса испугалась, ведь я по сути сама была ещё ребёнком. Я знала, что эта новость убьёт моего отца, а мама всегда говорила: «Родишь — на меня не рассчитывай». Так что я никому ни о чём не сказала.

Очень тяжело было выносить отношение врачей: ты переживаешь самое травматичное событие в жизни, а к тебе относятся как к грязной, распущенной. Мне назначили медикаментозный аборт — считается, что он более щадящий. Но это тоже большое испытание — ничего хорошего в схватках, реках крови и виде того, что могло бы стать твоим ребёнком, нет.

В тот раз я решила, что сама виновата, надо было считать дни внимательнее. Но вслед за первой беременностью случилась вторая. Когда я сказала врачу, что это уже второй аборт, то физически почувствовала, как на мне как на матери ставится крест. Аборт делали обычным способом, под общим наркозом. Очнулась я в общей палате ещё с десятком таких же «падших» женщин, как я сама. Я была уверена, что никогда больше не смогу забеременеть, и поэтому тихо скулила, отвернувшись к стенке.

Я постоянно думала о своих неродившихся детях. Мне снились кошмары о зародышах, брошенных новорождённых собаках и кошках в злачных подъездах. Я страдала. Фантазировала, какими они могли быть. Иногда вдруг начинала считать, сколько бы им было сейчас. Представляла себя супермолодой мамой со взрослыми детьми — и у меня сжималось сердце. Я ходила к психологам, постепенно перестала так сильно себя винить, успокоилась, приняла своё решение как единственно возможное и стала жить дальше. Лет через десять я решилась на беременность, на удивление всё получилось быстро и благополучно. Рождение ребёнка помогло мне оставить весь тот ужас в прошлом. И тем не менее я никому не пожелаю пережить такое.


В 1993 году было проведено исследование писем женщин, переживших искусственное прерывание беременности. Оказалось, что подобный опыт может иметь длительные травмирующие последствия, наиболее частые из которых — постоянное чувство вины и фантазии об абортированном плоде. Половина респонденток считали аборт убийством, а 44 % выражали сожаление по поводу своего решения. Другие долгосрочные эффекты включали депрессию (44 %), горе утраты (31 %), стыд (27 %) и фобические реакции на младенцев (13 %). У 42 % женщин неблагоприятные психологические последствия аборта продолжались более десяти лет.

В другой научной статье доктор Дж. А. Розенфельд пишет, что женщины, прервавшие незапланированную беременность в первом триместре, реже страдают от серьёзных негативных эмоциональных переживаний. И хотя некоторые испытывают двойственные чувства или вину, многие констатируют облегчение и другие позитивные реакции. Те, кто был вынужден прервать беременность во втором триместре, в особенности по медицинским или генетическим показаниям, а также женщины с анамнезом нескольких абортов, психиатрическими проблемами или без поддержки близких, более подвержены эмоциональным переживаниям. У них риск клинической депрессии на 65 % больше, чем у женщин, беременность которых разрешилась родами.


Анна

35 ЛЕТ

Выкидыш

 Мне было двадцать шесть лет, ребёнка мы планировали. Когда поняли, что больше радуемся задержке месячных, чем их началу, прошли обследование, нашли идеального гинеколога — и я почти сразу забеременела. Каждую неделю я читала, как меняется зародыш на соответствующем сроке.

Мы поехали на машине в Польшу и на обратном пути попали в огромную пробку. Когда наконец дошла очередь до нас, пограничники придрались к ввозимой сумме и начали намекать на взятку. Оставаться на границе уже сил не было, и я стала говорить, что они издеваются над беременной. Я выпячивала живот (мне тогда казалось, что он растёт) и устроила истерику. Потом выяснилось, что плод замер ещё на восьмой неделе, а тогда уже была двенадцатая. Тогда я выстроила «причинно-следственную связь» — будто бы это моё наказание за прикрытие беременностью в корыстных целях.

Когда мой гинеколог увидел, что плод замер, а я стала плакать, он предложил пару дней подождать — вдруг это ошибка УЗИ. Через два дня случился выкидыш. Страшные боли и кровь. Поехали к доктору, он направил в больницу. Как оказалось, выкидыш не всегда полностью протекает самостоятельно — в моём случае потребовался аборт под наркозом. Самое жуткое было очнуться в общей палате с другими девушками. Многие отходили от наркоза после аборта, рассказывали друг другу свои истории: одни считали себя слишком старыми, чтобы рожать, кто-то, наоборот, залетел по молодости, кто-то сделал аборт, потому что уже трое детей и денег на всех не хватает. А я отворачивалась к стене и выла. Это было так несправедливо.

Практически сразу я снова забеременела и постаралась сконцентрироваться на новом опыте. Стало чуть легче эмоционально, когда мой сын начал шевелиться. Но когда он спал — я паниковала. Я всё время ждала выкидыша. Набрала 17 кг, уволилась с работы, сидела дома: спала и ела нектарины. Жаль, что не нашлось никого, кто отправил бы меня тогда к психологу. Я не понимала неразумность своих действий, не контролировала возникающую панику. Вместо лечения депрессии гинеколог каждый раз пророчила мне выкидыш, закатывала глаза по поводу моего веса и удивлялась, как это я до сих пор беременна. Мой сын родился в срок и здоровым, но меня не отпускали тревога и страх, что я его потеряю. Когда он заболевал, это было для меня концом света. Отпустило, только когда я нашла хорошего психотерапевта и начала принимать необходимые препараты.


«Выкидыш может быть связан с серьёзными психологическими последствиями для пациенток, их партнёров и семей. Для некоторых психологическая травма оказывается серьёзной и продолжительной, даже если выкидыш происходит в самом начале беременности» — в 2016 году Министерство здравоохранения РФ выпустило протокол диагностики и тактики ведения выкидыша в ранние сроки беременности, в котором в том числе затрагивается психологический аспект состояния пациенток.

«Женщины очень переживают потерю желанной беременности, поэтому использование медицинским работником термина „аборт“ может ещё больше способствовать развитию негативного самовосприятия у пациенток, уже испытывающих чувство неудачи, а возможно, стыда, вины и неуверенности в себе. Таким женщинам должна быть предоставлена возможность для получения дальнейшей помощи. В оказание которой могут быть вовлечены не только врачи, занимавшиеся пациенткой на этапе выкидыша, но и врачи общей практики, медсёстры, акушерки, патронажный персонал, службы психологической поддержки» — это цитата из руководства. Но в реальной жизни девушки, оказавшиеся в такой ситуации, часто слышат стандартное «ещё родишь», лишены профессиональной психологической помощи и испытывают сильнейшее одиночество.

Аборт на позднем сроке

Катя

32 ГОДА

 Мне было двадцать два года, я училась на последнем курсе института. Всё вышло случайно, хотя ребёнка я всегда хотела и никогда бы не стала делать аборт. Случайностью скорее стал сам аборт, чем незапланированная беременность. На двенадцатой неделе было контрольное УЗИ, на котором увидели маркер синдрома Дауна. Меня отправили в перинатальный центр на дополнительное обследование. В шестнадцать недель мне делалипункцию, это было очень страшно и неприятно. Мысли скакали, я была растеряна, подавлена, разбита. У меня был выбор, и было тяжело его сделать. Снились жуткие сны: у меня на руках младенец, он — ангел, и я несу его по лестнице наверх, в божественный свет. Было сильное давление со стороны врачей и медицинского персонала — они призывали избавиться от ребёнка. На 20-21-й неделе я прошла через искусственно вызванные роды.

Этот опыт был невероятно травмирующим, но когда всё закончилось, стало ещё тяжелее. Меня не покидала мысль, что я совершила ошибку. В те годы решиться на то, чтобы стать мамой особенного ребёнка, было чем-то из области фантастики, не было никакой информации на эту тему. Казалось, так будет правильнее. Никто тогда не говорил, что синдром Дауна — это не так страшно, что с этим можно жить. Если бы хоть один человек тогда сказал мне «Эй, ты справишься» — возможно, всё было бы по-другому.

После случившегося мной овладела апатия, ничто не радовало, не хотелось ни с кем разговаривать. Мы с мужем поехали в Индию — это было моим спасением от депрессии. Сначала был Гоа, потом мы двинули на восток. Поездка на меня очень повлияла — это была встреча с самой собой, и боль понемногу отпускала. Если бы я тогда не поехала, то не знаю, что со мной было бы дальше. Друзья ничего не знали, но здорово поддерживали. В таких ситуациях поддержка близких — самое главное. Без неё очень сложно выкарабкаться.


Есть мнение, что уже в ранней диагностике, которая «позволяет» беременной женщине или паре не сохранять ребёнка с особенностями развития, заложена идея эйблизма (дискриминация людей с инвалидностью). В Великобритании, к примеру, 90 % беременных женщин выбирают аборт, если у плода диагностирована высокая вероятность синдрома Дауна. Героиня этого текста говорит о настойчивой «рекомендации» российских врачей избавиться от плода с генетической особенностью. С другой стороны, в некоторых американских штатах пытаются законодательно запретить аборты с подобной мотивацией. Оба подхода выглядят несовершенными.

Журналистка и писательница Анна Старобинец в своей книге «Посмотри на него» подчёркивает важность врачебной эмпатии, которой практически всегда лишены женщины в России, вынужденные прервать беременность на позднем сроке: «Формальное выражение сочувствия в таких случаях — это норма человеческого общения. Это международный стандарт. Базовый. Пройдёт ещё несколько дней, и я обнаружу, что у нас такого рода стандартов вообще нет. Иногда попадаются люди, считающие нужным сказать „сожалею“ или „сочувствую“. Но это исключения. Никаких общепринятых ритуалов выражения сострадания не существует. Вы, может быть, думаете, что это неважно? Что от этого не легче? Поверьте мне. Важно. И легче. Совсем немного, но легче».

На основе собственной истории и интервью женщин, которые, как и она, потеряли детей на позднем сроке, а после страдали от ночных кошмаров и панических атак, Анна говорит о безусловной необходимости психологической помощи, создания групп поддержки или по крайней мере открытого обсуждения того, что произошло: «Я не хочу отвлекаться. Не хочу „поскорее об этом забыть“. Я хочу помнить. Хочу говорить о своём погибшем ребёнке. Все разговоры на посторонние темы кажутся мне бессмысленными». Исследование, проведённое в Швеции в 2014 году (правда, всего при участии 11 женщин), подтверждает эти доводы.

Потеря ребёнка при рождении

Лера

29 ЛЕТ

 Мне было двадцать пять лет. Мы с партнёром были вместе два года, после свадьбы начали задумываться о ребёнке. Мы подходили к этому осознанно, оба прошли обследование. Беременность была для меня в радость.

На сроке 37 недель я проснулась оттого, что была мокрой. Пошли редкие схватки. Мы вызвали машину, поехали в перинатальный центр. Было воскресенье, дежурный врач сказала, что схватки идут каждые 10-15 минут, но рожать рано. Анализ показал, что жидкость — не околоплодные воды, и мне начали колоть препараты, которые останавливают родовую деятельность. На следующий день я снова почувствовала, что мокрая, но мне ответили: «Наверное, описалась, на твоём сроке это обычное явление». Схватки всё ещё были, но уже не такие частые. Мне сделали УЗИ, а через два дня выписали с условием, что назавтра я приду на контроль.

Я была уставшей, пришла домой и легла спать. Проспала весь день. Мне стало плохо, было тяжело дышать. Утром, когда начала собираться в больницу, ноги были, как у слона — пришлось надеть обувь мужа. Начал сильно болеть живот, как будто вот-вот лопнет. Долго ждала акушерку. Она пришла, начала слушать живот деревянной трубкой. Сердцебиение не прослушала. На КТГ — ничего не слышно. Вызвали врача, чтобы сделать УЗИ. Она смотрит и говорит: «Ой, сердцебиения не вижу». В тот момент меня будто ударили молотком — не могла ни кричать, ни говорить. Я помню только, как дошла до палаты, набрала маму и крикнула ей в трубку: «Мама, они говорят, что он умер».

Вскрыли плодный пузырь, и оттуда вытекло 30 мл воды — хотя на этом сроке норма полтора литра. Мне дали таблетку, чтобы вызвать роды, и закрыли в палате, а вскоре перевели в родовое отделение. Я вырубалась, но просыпалась от боли. Просила, чтобы мне сделали анестезию. Пришёл врач, сказал, что открытие полное, и за три потуги я родила своего сыночка. Когда я попросила показать мне его, врач отказался. Я повернулась к маме, она плакала, я закричала: «Покажите мне моего Ванечку!» Врач изменился в лице, кивнул акушерке. Малыш был фиолетового цвета. Дальше, чтобы я не орала и не поднимала шум, мне вкололи успокоительное.

Когда меня перевозили в послеродовое отделение, зашла медсестра, чтобы поздравить с появлением малыша. У мамы тоже сдали нервы, она крикнула: «У нас ребёнок умер, уйдите!» Эти её слова разлились по мне такой болью. Я плакала. Пустые руки матери — это ужасная боль. Пришёл муж, мы стояли и плакали обнявшись. Время нахождения в роддоме для меня было пыткой. За стеной были роженицы с живыми детками, с ними всё было в порядке. Мне говорили: «Да ладно, молодая, ещё родишь». А я отвечала: «Я что, инкубатор, робот по производству детей?» Я просила уйти из роддома через двери приёмного покоя, но мне не разрешили. Пришлось выходить через парадный выход. Это было так больно.

День похорон — как в тумане. Я помню только, что сидя у гроба, гладила его и просила прощения. Первый месяц я не могла ни спать, ни есть. Постоянно думала, я тут, живая, а он там. С одной стороны, мне тяжело было говорить людям, что у нас нет малыша. А с другой — хотелось о нём говорить. Дома эта тема была закрыта, и доходило до того, что я обсуждала это с посторонними людьми. В итоге я взяла себя в руки, пошла к психологу, вернулась на работу. Но к сыну продолжала ездить каждую неделю.

Мы пытались снова забеременеть, но не получалось. Я тихо сходила с ума. Слёзы. Пустота внутри. Боль и ужас, что больше никогда у меня не получится. Когда всё-таки это случилось, мне стало страшно. Я часто истерила, не так шевельнулся — истерика, живот болит — истерика. Я была уверена, что родится сын — так и оказалось. Ночами, когда Димка прижимается ко мне, я думаю, как там мой Ваня. Дети похожи друг на друга как близнецы.

Никто так и не смог мне ответить, почему это случилось. Все документы были подделаны. Все записи, все анализы. В деле есть нестыковки. Временные рамки не совпадают. Была у главного врача, она говорит: «Вот ты пишешь на нас жалобы, к нам с проверками ходят, а представь, у нас с января по октябрь 21 ребёнок умер. Если все будут жалобы писать, когда нам работать?»


Справиться с подобной трагедией самостоятельно очень непросто. Попытки найти поддержку в партнёре, который, как доказано, переживает потерю так же болезненно, могут привести к разочарованию и семейным конфликтам. Если обычной терапии — индивидуальной или в паре — недостаточно, можно обратиться к психиатру, который поставит правильный диагноз (депрессия, посттравматическое стрессовое илитревожное расстройство) и назначит медикаментозное лечение.

В больших городах есть группы поддержки семей, переживших выкидыш, смерть ребёнка при родах или на позднем сроке. Важно не замалчивать произошедшее, не пытаться уйти с головой в работу или поскорее снова забеременеть: незалеченная психологическая травма может иметь долгое отрицательное влияние на качество жизни женщины, здоровье, социальные связи, психологическое и физическое состояние во время будущих беременностей и отношение к собственным детям.

ФОТОГРАФИИ: abchome (1, 2), roseandrex

Текст: Саша Рау

По материалам Wonderzine

Аборт по медицинским показаниям

Не смотря на то, что прерывание беременности разрешено практически во всех странах мира, все мы резко осуждаем такое явление как аборт. Но давайте не будем забывать о том, что бывают и пограничные ситуации, когда аборт неизбежен даже при самой желанной и долгожданной на свете беременности. Это аборт по медицинским показаниям, продиктованный слабым здоровьем женщины, неблагоприятным течением беременности или же тяжелыми аномалиями внутриутробными развития плода. Такое прерывание может быть осуществлено на любом сроке беременности, здесь допустим и ранний аборт, и поздний.
О том, какие патологии входят в перечень медицинских показаний на проведение прерывания, где лучше сделать аборт и где можно сделать аборт на позднем сроке — в этой статье. 

Согласно приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 3 декабря 2007 г. N 736 «Об утверждении перечня медицинских показаний для искусственного прерывания беременности» был утвержден список заболеваний и патологий, при которых рекомендуется прервать беременность.

Медицинские показания на прерывание беременности:

Со стороны матери:
  • ревматические и врожденные пороки сердца (тяжелая сердечная недостаточность)
  • лейкемия
  • онкологические злокачественные заболевания (особенно при которых требуется выполнение курса химиотерапии на область малого таза)
  • активная форма туберкулеза, сифилиса, ВИЧ
  • тяжелые психические заболевания, к которым относится шизофрения
  • заболевания нервной системы (эпилепсия, каталепсия и нарколепсия)
  • краснуха в период беременности
  • серьезные заболевания эндокринной системы (среди которых диабет, пролактинома, гиперпаратиреоз и некоторые другие заболевания)
  • тяжелые патологии жизненноважных внутренних органов (печени, почек) с нарушением их функции
  • серьезные заболевания органов зрения

Со стороны плода:
  • замершая беременность
  • серьезные пороки внутриутробного развития
  • хромосомные нарушения

где же лучше сделать аборт в Москве? Если есть финансовые возможности, обратитесь к услугам частной медицины, в настоящее время там используются новейшее оборудование и современные препараты, что позволяет провести процедуру максимально бережно. Там вам предложат медикаментозное прерывание беременности (до 5 недель), мини-вакуумную аспирацию (до 6 недель) или же хирургический аборт (до 12 недель). А вот если срок беременности 3 месяца, придется искать, где можно сделать поздний аборт. Как правило, коммерческие центры такие операции не выполняют, ведь по действующему законодательству аборт может быть проведен до 12 недель. Данные манипуляции могут быть произведены в государственных специализированных клиниках, часто это отделения при роддоме.

Что такое интервенционная радиология?

Интервенционная радиология (IR) — это способ диагностики и лечения рака и других состояний без серьезного хирургического вмешательства.

С помощью ИК-излучения врач изучает ваше тело с помощью визуализационных тестов, таких как УЗИ, компьютерная томография или МРТ. Затем они используют небольшие инструменты, такие как иглы и трубки, для проведения процедуры или лечения там, где это необходимо.

Во время этих процедур ваш врач может ввести инструменты в ваше тело через крошечные порезы, которые могут быть размером с точечное отверстие.

Интервенционная радиология при раке

Интервенционная радиология помогает при раке несколькими способами. Он может непосредственно лечить заболевание, предотвращать кровотечение во время операции и облегчать боль и побочные эффекты лечения рака.

Ваш врач может использовать интервенционную радиологию, чтобы направить убивающие рак методы лечения, такие как химиотерапия и радиоактивные препараты, непосредственно на опухоли и раковые клетки.

Врачи также могут убивать опухоли или раковые клетки, нагревая их радиоволнами или электрическими токами или замораживая кристаллами льда.В то же время, когда они лечат опухоль, они могут перекрыть приток крови к ней, что является вторым способом повреждения опухолей и раковых клеток.

Интервенционные радиологи также могут лечить побочные эффекты лечения рака, такие как образование тромбов и скопление жидкости в организме.

Что происходит во время интервенционной радиологии

Ваш интервенционный радиолог будет использовать компьютерную томографию, МРТ или УЗИ, чтобы хорошо рассмотреть ту часть вашего тела, которую ему необходимо лечить.

Затем они вводят в ваше тело такой инструмент, как игла, катетер (трубка) или проволока, через небольшой надрез.Они смотрят на экран, проводя инструмент через ваше тело, чтобы добраться до области, которая нуждается в лечении.

Виды изображений и инструменты, которые они используют, зависят от вашего конкретного состояния. Во время лечения вы можете получить успокоительное, а это значит, что вы получите лекарство, которое расслабит и облегчит боль. Но, скорее всего, вам не понадобится общая анестезия — лекарство, позволяющее спать во время процедуры.

Преимущества интервенционной радиологии

Интервенционная радиология выполняет сразу две важные задачи.Это позволяет вашему врачу получить прямой доступ к той части вашего тела, которая нуждается в лечении. Это также снижает вероятность того, что вы получите опасные побочные эффекты от лечения или операции.

Это особенно важно при лечении рака с помощью радиоактивных частиц или химиотерапии, сильных методов лечения, которые могут повредить ваши здоровые части, когда они проходят через все ваше тело. Интервенционная радиология позволяет врачам применять эти методы лечения непосредственно на опухолях, а не на здоровых тканях вокруг них.

Продолжение

Еще одно преимущество заключается в том, что при интервенционной радиологической процедуре вам часто не нужно оставаться на ночь в больнице.

Интервенционная радиология предназначена не только для больных раком. Врачи также используют его при проблемах с кровеносными сосудами, таких как суженные артерии или тромбы. ИК также является способом лечения камней в почках и желчном пузыре, а также для размещения центральных линий — капельниц, которые проникают глубоко в ваше тело для доставки лекарств.

Основные 5 причин, почему интервенционная радиология лучше, чем открытая хирургия

Инфракрасные процедуры имеют много преимуществ по сравнению с традиционными методами лечения.

Интервенционная радиология быстро становится предпочтительным методом для решения многих проблем со здоровьем. Интервенционная радиология предоставляет варианты процедур от высококвалифицированных интервенционных радиологов, которые дают пациентам возможность открыть инвазивную хирургию.

Вот несколько причин для рассмотрения процедуры интервенционной радиологии:

  • Нет боли — Процедуры интервенционной радиологии (ИК) выполняются путем введения высокотехнологичных «проводов» через запястье или пах.Оттуда провода направляются через вашу сосудистую систему к месту, где находится проблема. Поскольку в ваших кровеносных сосудах нет нервов, во время процедур IR не возникает боли.
  • Нет общей анестезии — Есть риски, связанные с общей анестезией, и там, где это неизбежно при большинстве открытых операций, это не обязательно при процедурах интервенционной радиологии. Вы получите местную анестезию, чтобы успокоить вас и исключить риски и выздоровление от использования общей анестезии.
  • Более быстрое время восстановления — Как правило, время восстановления после процедуры IR будет намного быстрее, чем при использовании традиционных хирургических методов. Например, для выздоровления пациента после гистерэктомии могут потребоваться недели. С нашей процедурой эмболизации миомы матки время восстановления измеряется днями.
  • Запрет на пребывание в больнице — Никто не хочет лечь в больницу, если в этом нет необходимости. Наши IR-процедуры проводятся в нашей амбулаторной клинике. Вы получите медицинское обслуживание мирового уровня от наших преданных своему делу и высококвалифицированных медицинских специалистов.Лучше всего то, что вы будете дома в ночь процедуры и будете спать в собственной постели.
  • Как хорошие или лучшие результаты — Если вы рассматриваете свои варианты, если вы можете пройти процедуру, которая является минимально инвазивной, не требует пребывания в больнице, обычно имеет более быстрое время восстановления, И ваши результаты будут такими же или лучшими — IR процедуры следует рассматривать, когда вы оцениваете свои варианты.

Всегда консультируйтесь со своим врачом о вариантах лечения, которые подходят именно вам.Если вы хотите поговорить с одним из наших медицинских специалистов о наших процедурах, которые покрываются большинством страховых компаний, мы предлагаем БЕСПЛАТНУЮ 15-минутную консультацию в клинике . Чтобы записаться, позвоните 512-772-1677 или посетите нас по адресу https://advantage-ir.com/appointment-booking

Роль НП в парадигме ухода за пациентами — SIR RFS

Saumya Gurbani, G1, MD / Программа PhD, Университет Эмори

В начале 2012 года JVIR опубликовал статью о том, как интервенционная радиология может сыграть роль в парадигме ухода, ориентированного на пациента — модели здравоохранения, которую многие учреждения стремятся внедрить для повышения ценности пациентов (и системы здравоохранения как системы здравоохранения). весь) получить.Это была важная тема в меняющемся ландшафте здравоохранения. В отчете о здравоохранении для 21 -го и -го века Институт медицины определил ориентированную на пациента помощь как модель, которая:

«[обеспечивает] уход, который уважает и реагирует на индивидуальные предпочтения, потребности и ценности пациента, и гарантирует, что ценности пациента определяют все клинические решения».

Ответ SIR, как подчеркивается в статье JVIR, заключается в том, что продвижение этой парадигмы «дает возможность интервенционной радиологии (IR) продемонстрировать свою ценность, в частности, продемонстрировать, что IR часто предлагает лучшее, безопаснее, быстрее и дешевле. дорогостоящий вариант лечения для различных клинических сценариев.”

В этом сообщении блога мы собираемся попробовать более анекдотический подход к тезису Стила — лучшие, безопасные, быстрые и более доступные варианты лечения — и то, как IR занимает уникальную нишу среди медицинских специальностей. Я имел большое удовольствие взять интервью у четырех интервенционных радиологов из самых разных медицинских практик:

  • Geogy Vatakencherry работает в Kaiser Permanente в Южной Калифорнии, HMO, которая управляет большой общенациональной сетью больниц.
  • Гэри Сискин работает в гибридной частной / академической группе, связанной с Медицинским центром Олбани в Нью-Йорке.
  • Джим Бененати руководит частной группой Miami Vascular, которая также является учебным заведением для жителей и стипендиатов.
  • Гейл Питерс — директор стипендии по связям с общественностью в Университете Эмори в Атланте, штат Джорджия.

Каждый из этих четырех врачей представляет уникальный взгляд на лечение, ориентированное на пациента, и на то, как они используют его в своей практике.

«Наша цель — позаботиться о состоянии пациента.”

Хотя IR — это специальность, ориентированная на процедуры, это больше, чем просто консультационная служба, и уход за пациентом не передается другому врачу, когда он или она покидает операционную. «Мы управляем частью ухода за пациентом, а не всей заботой о пациенте, — говорит доктор Петерс, — но стажеры должны заботиться о предоперационном обследовании и последующем наблюдении». Общая идея всех четырех врачей заключается в том, что интервенционные радиологи должны взять на себя ответственность за уход за пациентом за пределами операционной.Это, естественно, зависит от пациента и типа выполняемой процедуры — установка порта может не потребовать много времени до операции или последующего наблюдения, но удаление миомы матки может потребовать многих месяцев последующего наблюдения. Врач должен понимать потребности пациента и надлежащим образом подходить к ответственности за состояние пациента. «[Поставщики первичной медицинской помощи] попросят вас« ответить на вопрос », а не« провести процедуру », — говорит доктор Сискин. Например, если у вас есть пациент с дивертикулитом, вам нужно ответить на вопрос: «Как мы можем улучшить состояние этого пациента» — и это, вероятно, потребует работы с медицинской командой, чтобы рассмотреть лучший подход для пациента, будь то хирургическое вмешательство или поощрение изменения образа жизни.На протяжении всего процесса пациент должен быть под вашим уходом, если не технически, то духом. Возьмите на себя ответственность за пациента, а не за процедуру.

«Нам нужно изменить культуру того, что такое IR».

Во многих отношениях интервенционная радиология в 21 веке аналогична хирургам общего профиля середины 20-го, -го и века — интервенционалистам, которые не привязаны к конкретному органу, а к конкретному подходу к лечению. В рамках IR-практики вы можете видеть пациентов целостным образом, не ограничиваясь только одним типом процедуры.И этот широкий фундамент важен — он дает вам клиническое представление о полной картине здоровья пациента и, как результат, может привести к большей ценности для пациента. Доктор Ватакенчерри приводит отличный пример этого: «Находясь в клинике IR, если пациент приходит на процедуру, и вы знаете из карты пациента, что она диабетик или имеет факторы риска развития ишемической болезни сердца, почему бы не пойти дальше? кто-нибудь принимает A1C или LDL, пока они в клинике? Это экономит время и деньги как для пациента, так и для системы здравоохранения, но, что наиболее важно, ставит общее состояние здоровья пациента в качестве приоритета .«Конечно, для этого нужно иметь смелость выйти за рамки традиционной парадигмы, но это может действительно принести пользу нашим пациентам. Согласно д-ру Петерсу, IR существует как «союз визуализации и клинической медицины», и последняя часть этих отношений, возможно, более важна. Д-р В. настаивает на целостном подходе и утверждает, что у нас есть «уникальная возможность и уникальная ответственность быть основными интервенционистами» следующего сдвига парадигмы в медицине.

«Преодоление логистических и коммуникационных препятствий»

Конечно, расширение роли врача IR требует больших усилий и сотрудничества со всеми участниками системы здравоохранения.Большая часть этого — эффективное общение с бригадой первичной медико-санитарной помощи. Miami Vascular — крупная частная клиника (входящая в систему здравоохранения с 7 больницами), которая ежегодно принимает десятки тысяч консультаций в своих стационарных и амбулаторных отделениях. Однако более трети их пациентов являются внешними специалистами, что, безусловно, создает множество проблем с точки зрения передачи информации и межведомственного общения. Доктор Бененати говорит, что ответственность за содействие лежит на врачах-терапевтах. Мы должны «тщательно общаться с лечащим врачом», чтобы получить целостное представление о состоянии пациента, особенно (но не только), если медицинские карты пациента недоступны.Это возлагает бремя на и без того тяжелые плечи врачей, и это нелегко сделать, но это то, что необходимо, если IR хочет выйти за пределы тени службы, основанной на заказах.

И это то, чему нужно научить следующее поколение студентов. В связи с появлением в ближайшие несколько лет новых резиденций IR, программы структурируются, чтобы включить сильную клиническую культуру. В Эмори доктор Петерс пытается сделать аспирантуру, специализирующуюся на радиологии, как можно более клинически, с ротацией в службе трансплантологии, отделении интенсивной терапии, сосудистой хирургии и гематологии / онкологии.Независимо от того, сделает ли резидент в конечном итоге карьеру по какой-либо из этих вспомогательных специальностей, он расширит сферу своего обучения и научится сотрудничать с этими службами.

«Развивать культуру ответственности у следующего поколения врачей-терапевтов».

Развитие этой «культуры ответственности», как ее называет доктор Бененати, начинается прямо сейчас, когда мы учимся в медицинской школе. Основное внимание уделяется клиническому ведению пациента, и этим навыкам мы учимся в отделениях и во время ординатуры.Все врачи были единодушны в том, что невероятно важно воспользоваться этими возможностями. Вот несколько советов, которые они дали студентам-медикам:

  • Получите сильный 4 -летний опыт работы в медицине и хирургии
  • Рассмотрите возможность проведения факультативов по диагностической радиологии и, если предлагается, интервенционной радиологии в течение четвертого года обучения. (SIR предлагает базу данных больниц и программ, которые предлагают факультативы IR для приезжающих студентов, если в вашей домашней программе их нет.)
  • Попробуйте выездную ротацию в течение 4 -го года, чтобы узнать, как другие учреждения подходят к клинической помощи
  • Подать заявление о приеме в ординатуру, где клиническая помощь за пределами операционной является частью учебной программы
  • Хотя многие программы рекомендуют стажировку по хирургии, рассмотрите возможность прохождения стажировки / переходного года в медицине; хотя хирургические навыки важны, этот год — прекрасная возможность сосредоточиться на ведении пациентов.
  • Попробуйте оценить философию учреждения или практики — подходят ли они к IR целостным образом и всегда с учетом интересов пациента?

Список литературы

  1. р.Стил и др. др., «Улучшение качества интервенционной радиологии: возможность продемонстрировать ценность и улучшить уход, ориентированный на пациента», J. Vasc. Интерв. Радиол. (2012).

Специалисты по интервенционной радиологии

Интервенционный радиолог

Интервенционная радиология (IR) — это медицинская специальность, которая выполняет минимально инвазивные методы лечения с использованием радиологической визуализации для руководства процедурой.Интервенционная радиология стала основным методом лечения различных состояний, предлагая меньший риск, меньшую боль и меньшее время восстановления по сравнению с открытой хирургией.

Интервенционные радиологи — это сертифицированные врачи, прошедшие стажировку, специализирующиеся на минимально инвазивных целевых методах лечения. Интервенционные радиологи должны окончить аккредитованный медицинский институт, сдать лицензионный экзамен и пройти не менее пяти лет послевузовского медицинского образования (ординатуры).Кроме того, интервенционные радиологи проходят стажировку не менее одного года по выполнению минимально инвазивных процедур с использованием изображений. Это специализированное обучение сертифицировано Американским советом по медицинским специальностям (ABMS) и проводится в рамках аккредитованных программ обучения. Интервенционные радиологи сертифицированы Американским советом радиологов (ABR) как в области диагностической радиологии, так и в области сосудистой и интервенционной радиологии. Интервенционные радиологи прошли обширную подготовку и должны продемонстрировать опыт в области радиационной безопасности, радиационной физики, биологических эффектов радиации и предотвращения травм.Они должны предлагать наиболее полные знания о наименее инвазивных доступных методах лечения в сочетании с диагностическим и клиническим опытом.

Интервенционные радиологи используют рентгеновские лучи, КТ, МРТ или другие методы визуализации для перемещения небольших инструментов, таких как катетеры и иглы, через кровеносные сосуды и органы для лечения различных заболеваний. Примеры лечения, проводимого интервенционными радиологами, включают ангиопластику, стентирование, тромболизис, эмболизацию, радиочастотную абляцию и биопсию.Эти минимально инвазивные методы лечения могут вылечить или облегчить симптомы сосудистых заболеваний, инсульта, миомы матки или рака. Они также являются экспертами в чтении рентгеновских снимков, ультразвука, компьютерной томографии, МРТ и других форм медицинской визуализации.

Дополнительную информацию о карьере интервенционного радиолога можно найти на веб-сайте Общества интервенционной радиологии (www.sirweb.org).

начало страницы

Кардиоваскулярно-интервенционный технолог

В составе группы радиологов кардиолог-интервенционный технолог работает вместе с интервенционными радиологами и медсестрами.Технолог помогает интервенционному радиологу с диагностическими ангиографическими процедурами, а также с комплексными сосудистыми и несосудистыми интервенционными и терапевтическими процедурами. Сердечно-сосудистые интервенционные технологи должны обладать сочетанием технических, радиологических и клинических навыков.

Сердечно-сосудистые интервенционные технологи выполняют множество обязанностей во время интервенционной процедуры. Технолог отвечает за получение всего оборудования, необходимого для процедуры, позиционирование и визуализацию пациентов, решение проблем с оборудованием и демонстрацию знаний в области анатомии человека, радиационной безопасности, материалов для интервенционных вмешательств и эксплуатации оборудования.

Сердечно-сосудистые интервенционные технологи должны пройти аккредитованный двухлетний сертификат, степень младшего специалиста и четырехлетнюю программу бакалавриата в области радиологических технологий, аккредитованную Объединенным комитетом по обзору образования в области радиологических технологий (JRCERT). Сердечно-сосудистые интервенционные технологи должны быть сертифицированы Американским регистром радиологических технологов (ARRT) и пройти дополнительное обследование сердечно-сосудистых интервенционных технологий на продвинутом уровне. Чтобы поддерживать сертификацию ARRT и быть в курсе достижений в области сердечно-сосудистых технологий (CV), сердечно-сосудистые интервенционные технологи должны проходить 24-часовой курс непрерывного образования (CE) каждые два года.

Дополнительную информацию о карьере кардиолога-интервенциониста можно найти на веб-сайте Американского общества радиологических технологов (ASRT) (www.asrt.org).

начало страницы

Эта страница была просмотрена 05 марта 2019 г.

Программа ординатуры по интервенционной радиологии | Медицинский колледж Висконсина

По состоянию на 30 июня 2020 года программа стипендий в области сосудистой и интервенционной радиологии завершилась, и резидентуры по интервенционной радиологии будут предоставлять полный объем обучения для тех, кто стремится стать сертифицированными интервенционными радиологами.Есть несколько различных способов поступить в программу IR Residency после окончания медицинской школы, и Медицинский колледж Висконсина (MCW) может предложить все три возможности для начинающих стажеров. MCW была полностью аккредитована для участия в программе ординатуры по интегрированной интервенционной радиологии, а также в программе ординатуры по независимой интервенционной радиологии. Кроме того, программа ординатуры по диагностической радиологии MCW была одобрена для обозначения ESIR.

Интегрированная программа ординатуры по интервенционной радиологии

Студенты старших курсов, которые уверены, что хотят специализироваться в интервенционной радиологии, лучше всего подходят для поступления в интегрированную программу ординатуры IR сразу после окончания медицинского вуза.Студенты-медики попадают в эту программу на четвертом году обучения в медицинской школе и начинают с предварительного (интернатуры / PGY-1) года, за которым следуют пять дополнительных лет ординатуры. MCW предлагает отличную программу подготовки к хирургическому вмешательству на год, и, благодаря нашему категориальному статусу программы, кандидаты, которые попадают в интегрированную резиденцию IR MCW, автоматически попадают в предварительную программу хирургической подготовки MCW. Нет необходимости заполнять отдельное заявление на операцию MCW или включать их в свой ранговый список.

Независимая программа ординатуры по интервенционной радиологии

Резиденты, окончившие ординатуру по диагностической радиологии и решившие специализироваться на интервенционной радиологии, могут принять участие в программе независимой интервенционной радиологии, которая заменяет программу стипендий VIR. Резиденты DR подбираются на позиции независимого резидента IR в течение года PGY-4 и начинают свое обучение сразу после успешного завершения программы резидентства DR. Первый матч по этой программе на MCW состоялся в марте 2019 года, а резиденты начали с нашей программы в июле 2020 года.

Ранняя специализация в интервенционной радиологии (ESIR)

ESIR — это вариант обучения для ординаторов-диагностов-радиологов и студентов-медиков, у которых рано проявляется интерес к интервенционной радиологии. Обучение ESIR — это не отдельная программа резидентства, а скорее одобренное ACGME назначение в рамках программ резидентства DR. Заинтересованные жители в программе DR с обозначением ESIR должны подать заявку на ESIR после начала их резидентства DR. Если после подачи заявки резидент будет выбран для ESIR, он / она сможет сразу перейти на второй год программы независимого IR-резидентства (после успешного завершения резидентства DR).Резидентство DR в MCW было одобрено для обозначения ESIR, поэтому эта опция доступна текущим резидентам DR в MCW.

Руководство по заказу интервенционной радиологии EPIC

Важные изменения в заказе IR по состоянию на 14 декабря 2020 г.

В Epic теперь есть два варианта для всех заказов IR:

  • Амбулаторные заказы: Амбулаторное направление в отдел интервенционной радиологии
  • Приказы в стационаре: Консультация ИП в интервенционной радиологии / Консультация ИП в педиатрическую интервенционную радиологию

Все запросы будут рассмотрены в день их размещения и добавлены в очередь для планирования.Для НЕОТЛОЖНЫХ случаев стационарного лечения выберите приоритет «СРОЧНО», и врачу или дежурному врачу будут звонить круглосуточно и без выходных. В случае несрочных случаев (туннельный диализный катетер, парацентез, PICC и т. Д.) Выберите «Обычный» для приоритета заказа, и запрос будет рассмотрен группой консультантов IR.

Шаг 1. Во время встречи нажмите ДОБАВИТЬ ЗАКАЗ

.

(Если вы не участвуете в столкновении, вам нужно будет создать новое столкновение «только заказы». Для получения помощи см. Руководство по заказам радиологии только для эпических заказов.)

Текстовое поле появится, когда вы нажмете ДОБАВИТЬ ЗАКАЗ

Шаг 2: введите и выберите свой заказ

  • Амбулаторные заказы: Введите «AMB REFERRAL» в текстовое поле и нажмите клавишу ВВОД, чтобы перейти к следующему экрану. Затем выберите «AMB REFERRAL TO INTERVENTIONAL RADIOLOGY»
  • Заказы на стационарное лечение: Введите «IP CONSULT» в текстовое поле и нажмите «Ввод», чтобы перейти к следующему экрану. Затем выберите «IP CONSULT TO IN INTERVENTIONAL RADIOLOGY» или «IP CONSULT TO PEDIATRIC INTERVENTIONAL RADIOLOGY»

Тип в заказе

Выбрать Заказ

Шаг 3: Введите детали заказа

AMB НАЗНАЧЕНИЕ НА ПРОМЕЖУТОЧНУЮ РАДИОЛОГИЮ Приказы

а.Если вы вошли в отдел Колумбии, «Обратитесь к учреждению» автоматически выберет CU
.
г. Выберите конкретную практику в IR-отделе, к которой вы хотите обратиться.
г. Выберите, запрашиваете ли вы консультацию или процедуру IR.
г. Выберите тип процедуры и ответьте на каскадные клинические вопросы.
e. Введите причину обследования или консультации. ПОЖАЛУЙСТА, ВВЕДИТЕ КАК МОЖНО БОЛЬШЕ КЛИНИЧЕСКОЙ ИНФОРМАЦИИ В СООТВЕТСТВУЮЩИЕ ПОЛЯ.
ф.Связь с Dx: введите диагноз (пример: доброкачественная гиперплазия простаты) и нажмите Enter, затем выберите из всплывающего списка.

Прокрутите вниз, чтобы увидеть дополнительные поля, в которые можно добавить инструкции по расписанию, комментарии к выписке и врачей. По завершении нажмите «Принять» в правом нижнем углу.

IP CONSULT TO INTERVENTIONAL RADIOLOGY Заказы

  • Для НЕОТЛОЖНЫХ стационарных случаев выберите приоритет «Опасность для конечностей или жизни», и медицинскому специалисту или дежурному специалисту будут звонить круглосуточно и без выходных.
  • В случае несрочных случаев (туннельный диализный катетер, парацентез, PICC и т. Д.) Выберите «Обычный» для приоритета заказа, и запрос будет рассмотрен группой консультантов IR.

Заполните обязательные поля и нажмите «Принять» в правом нижнем углу, когда закончите.

ВНИМАНИЕ!

Запросы на стационарную консультацию следует использовать для сложных процедур (TIPS, трансартериальная химиоэмболизация и т. Д.), Сложных пациентов или пациентов, которым требуется дополнительная TLC.

Шаг 4. Подпишите заказ

Подпишите заказ в правом нижнем углу.

Шаг 5. Подтвердите свой заказ

Щелкните «Обзор диаграммы». Щелкните «Рефералы». Ваш заказ появится в списке.

Для получения дополнительной помощи или вопросов обращайтесь

Группа поддержки приложений EpicTogether

  • Звоните 646-697-2424
  • Понедельник — пятница, 7.00 — 19.00, суббота, 7.00 — 12.00

Линия доступа радиолога

Обновлено 13.01.2021

поданы на развод?

Сентябрь 2012 г.

Подано на развод?
Бет У.Оренштейн
Радиология сегодня
Vol. 13 № 8 стр. 22

Их жизнь может быть очень разной, и некоторые радиологи ожидают, что интервенционные и диагностические методы будут разными.

Где-то в конце следующего года интервенционные и диагностические радиологи в большой больнице недалеко от Детройта больше не будут практиковать вместе, потому что интервенционные радиологи создадут свою собственную клиническую практику.

Марк Вайс, доктор медицины, интервенционный радиолог и президент Radiology Business Solutions во Флинте, штат Мичиган, видит передний край тенденции, которая, как он ожидает, станет обычной практикой в ​​ближайшие 10 лет. «Интервенционная радиология [IR] созрела до такой степени, что может больше не быть частью радиологии, а быть частью медицины в целом… и интервенционные радиологи стремятся создать клиническую практику», — говорит он.

Для других радиологов это спорные слова.Они считают, что было бы ошибкой разделять интервенционных и диагностических радиологов, и надеются, что прогнозы Вайса ошибочны.

«Я категорически против отделения интервенционной радиологии от диагностической радиологии», — говорит Пол Элленбоген, доктор медицины, FACR, председатель совета канцлеров ACR и радиолог из Radiology Associates в Северном Техасе. «Я считаю, что нам всем лучше, когда мы работаем вместе. Комбинированные отношения работают на благо пациентов и нас самих.”

«На данный момент, похоже, сохраняется общая картина подхода Общества интервенционной радиологии, заключающаяся в том, что есть ценность в поддержании диагностической и интервенционной радиологии в одном доме», — говорит Грегори Соарес, доктор медицины, директор IR в больнице Род Айленда , медицинский директор Института сосудов Род-Айленда и доцент кафедры диагностической визуализации в Медицинской школе Уоррена Альперта при Университете Брауна в Провиденсе.

И есть те, кто занимает золотую середину.«Есть группы, в которых интервенционная радиология должна быть отделена от диагностической радиологии и находиться в других группах, где они могут работать вместе», — говорит Джордж Фуэреди, доктор медицинских наук, FSIR, президент медицинского персонала больницы Aurora Memorial в Берлингтоне, США. Висконсин и интервенционный радиолог из отдела визуализации Aurora Medical Group. «Должна быть гибкость».

Путь Рэда Онка?
Идея разделения ИК и диагностической радиологии не нова или беспрецедентна, поскольку онкологи-радиологи когда-то были частью общей радиологии, но с тех пор в значительной степени развились самостоятельно.«Пятнадцать лет назад, я помню, диагностическая радиология и лучевая терапия находились в одном отделении», — говорит Вайс. «Сегодня это редкость». (Хотя радиационная онкология все еще является частью ACR, в 1988 году в Новом Орлеане было основано общество, которое сейчас называется Американский колледж радиационной онкологии, чтобы более активно преследовать интересы онкологов-радиологов.)

Разделение ИК и диагностической радиологии длится 20 лет, — говорит Вайс. «Я слышу этот разговор много лет, — подтверждает Элленбоген.

В последнее время дискуссии ускорились из-за множества факторов, в том числе уменьшения возмещения расходов за визуализацию, появления услуг телерадиологии, прогресса и растущего спроса со стороны пациентов на минимально инвазивные процедуры, а также рост конкуренции между медицинскими специалистами за интервенционные процедуры. Другие специалисты, включая кардиологов и сосудистых хирургов, проводят некоторые из тех же процедур с визуальным контролем, что и интервенционные радиологи, в частности, ангиопластику и абляцию.

«Большая часть проблемы связана с экономикой», — говорит Дэниел Корбетт, RT, CPC, соучредитель и руководитель отдела развития бизнеса Radiology Business Solutions. «Каждый хочет получить свою долю финансового пирога, но финансовый пирог в визуализации сокращается», — говорит он.

В индустрии обработки изображений за последние пять или шесть лет произошло значительное сокращение возмещения затрат, и вряд ли эта тенденция изменится в ближайшее время, если вообще когда-либо. Ожидается, что IR получит еще больше возмещения по мере того, как в больнице будет объединено больше процедур, говорит Корбетт. В результате, по его мнению, необходимо будет разработать новые механизмы практики.По его словам, эти новые договоренности могут означать более автономную клиническую практику IR, посвященную заболеваниям периферических сосудов. Интервенционные радиологи также могут присоединиться к кардиологам и сосудистым хирургам в амбулаторных сосудистых центрах, где каждый из них выполняет свои собственные интервенционные процедуры.

Управление клиникой
Начало независимых клинических практик IR может быть рискованным, говорит Корбетт, «но они могут быть очень полезными, если у вас есть хорошие деловые навыки и терпимость к риску.Спрос есть, «поскольку разрабатывается все больше и больше минимально инвазивных передовых процедур, и пациенты предпочитают их».

Корбетт говорит, что кардиологи и сосудистые хирурги позаимствовали большинство особо прибыльных интервенционных процедур у интервенционных радиологов. Для групп радиологов и их интервенционных радиологов, чтобы сохранить свою долю этих процедур — процедуры, интервенционные радиологи вложили много времени и усилий в обучение и любят это делать — Корбетт считает, что им, возможно, потребуется наладить клиническую практику и конкурировать.«И если они хотят расти и развивать интервенционные методы, их нельзя привязать к читальному залу радиологов», — говорит он.

Вайс говорит, что клиническая практика IR требует много времени. «Это означает рабочее время, осмотр пациентов, наблюдение за пациентами и работу с сопутствующими заболеваниями… в основном это работа врача, а не просто специалиста». Но, по его словам, интервенционные радиологи, которые хотят проводить интервенционные процедуры, знают, что это отличается от интерпретации визуализационных исследований, и не возражают.«Трудно конкурировать в интервенционной радиологии, не занимаясь клинической. Сосудистые хирурги и кардиологи могут предоставить более качественные услуги. Если вы интервенционный радиолог и не участвуете в соревнованиях, вы можете проиграть, потому что вы не играете по одним и тем же правилам », — говорит он.

Радиологи-диагносты часто рассматривают время и деньги, вложенные в работу клиники и создание IR-практики, как ресурсы, истощающие группу. Они считают, что время врача лучше потратить на получение дохода от практики в читальном зале.

Причины остаться
Вайс считает, что все больше интервенционных радиологов не отказались от своей собственной клинической практики, потому что они хотят сохранить диагностику в качестве альтернативы. «Это может быть страшно, когда у вас нет диагностики в качестве подстраховки», — говорит он.

Соарес и Элленбоген утверждают, что существуют в равной степени веские причины для того, чтобы практика продолжала предлагать как ИК, так и диагностическую радиологию под одной крышей. Соарес говорит, что они создают синергию, при которой диагностическая визуализация генерирует направления к интервенционным радиологам и наоборот.«Очень часто партнер из моей диагностической группы или другой большой диагностической группы звонит мне в качестве интервенционного радиолога и говорит:« У пациента X аневризма. Можете ли вы помочь с лечением аневризмы? »- поясняет он. «Или они знают, что мы занимаемся лечением рака, и они позвонят и скажут, что у них есть пациент с множественными метастазами в печени, и пациенту может помочь целенаправленная абляция опухоли, а не хирургическое вмешательство, можем ли мы помочь? ”

Точно так же интервенционные радиологи могут быть источником амбулаторных направлений в больницу или группу диагностической радиологии, когда их пациенты нуждаются в последующем лечении, отмечает Соареш.

Наличие клинических интервенционных радиологов в группе радиологии также может обеспечить безопасность работы для всех участников. Сегодня любое визуализационное исследование можно «поместить в систему PACS и прочитать в Нью-Дели, а не обязательно в Род-Айленде», — говорит Соарес. «Но это не относится к интервенционным радиологам, которые должны узнавать своих пациентов и прикасаться к ним».

Корбетт соглашается: «Интервенционные радиологи обеспечивают связь с медицинским персоналом, в котором нуждаются диагностические радиологи.Больница может сказать: «Если все, что вы делаете, это читаете изображения, какая разница, находитесь вы здесь или нет?» »Наличие интервенционных радиологов в группе может помочь им поддерживать договор с больницей, потому что кто-то (обычно радиолог) должен проводить практические процедуры, согласны радиологи.

Элленбоген, специализирующаяся на сонографии, говорит, что практика IR должна оставаться в рамках диагностической радиологии, потому что сила в цифрах. Он говорит, что радиологи будут иметь более сильный голос перед Центрами услуг Medicare и Medicaid и федеральными руководителями, которые устанавливают политику здравоохранения и определяют компенсацию, «когда мы говорим вместе, а не разрозненно.«Радиологам достаточно сложно противостоять вызовам со стороны коллег, которые хотят выполнить визуализацию, — уролога, невролога, ортопеда. «Нам лучше решать эти проблемы как единое целое, а не по отдельности», — говорит он.

Реферальная синергия
Если держать всех вместе, это также облегчает направление, говорит Элленбоген. «Если я вижу абсцесс на компьютерной томографии и чувствую, что пациенту лучше всего будет его дренировать, а не [пройти] хирургическую процедуру, я скажу своему интервенционному радиологу, что это тот человек, о котором они должны знать», — он говорит.«Собирая всех в одну группу, вы не беспокоитесь о том, кто кому наступает, кто выше или ниже в иерархии, и каковы экономические выгоды от того, кто что делает».

Еще одна причина, по которой интервенционные радиологи не должны отделяться друг от друга, заключается в том, что им необходимо сохранять остроту своих диагностических навыков, говорит Элленбоген. «Часть работы интервенционного радиолога — это чтение и интерпретация того, как выглядит заболевание на КТ, ПЭТ или УЗИ», — говорит он.«Если интервенционный радиолог потратит всего несколько секунд на PACS, чтобы понять, насколько велика опухоль, он потеряет способность интерпретировать эти снимки». По мере развития технологий, «по мере того, как мы переходим от 3D к 4D, они должны оставаться в курсе последних событий… и для этого нужно читать кейсы».

Элленбоген не считает, что интервенционные радиологи группы должны делать «клизмы с барием по вторникам, компьютерную томографию у детей по пятницам, а интервенционную радиологию — только по четвергам».Это не в чьих-либо интересах », — говорит он. Но если в обязанности интервенционных радиологов входит «просмотр ряда поперечных визуализационных исследований и отчет о них, большинство из них воспользуется этой возможностью», — говорит он.

В этом отношении Вайс соглашается: «Многие интервенционные радиологи не заинтересованы в практике 100% ИК, и им нравится быть радиологами общего профиля».

Элленбоген говорит, что он не хочет видеть мир, «в котором интервенционные радиологи, рентгенологи компьютерной томографии и радиологи ядерной медицины находятся в своих отдельных маленьких бункерах, не разговаривающих друг с другом и не работающих вместе как единая команда.”

Фуэреди говорит, что соответствующее разделение труда, вероятно, является более сложной задачей для небольших учреждений, чем для крупных академических центров, где у каждого — как диагностического, так и интервенционного радиолога — более чем достаточно случаев, которыми он или она хочет заниматься. «Я работаю в большой системе здравоохранения», — говорит Фуэреди. «В нашем отделении около 60 радиологов, девять из которых, включая меня, являются интервенционными радиологами».

Фуэреди в основном занимается IR, но когда он не выполняет процедуры и не принимает пациентов в клинике, он с радостью использует PACS системы здравоохранения и читает исследования.«Я могу подобрать что угодно и прочитать их», — говорит он. «Вот что я представляю себе в течение дня. Я могу помочь с диагностикой, и в этом вся суть работы коллегой «. «Если бы интервенционные радиологи были отдельной группой, не было бы взаимных уступок», — говорит он.

Но Фуэреди понимает, что то, что работает для него и его практики, не может быть идеальным для каждой группы. Он ожидает, что по мере продолжения споров о том, следует ли разделять интервенционных и диагностических радиологов, будут найдены разные решения.

Разные пути
Если ИР будет оставаться в рамках традиционной групповой практики, Корбетт считает, что группы должны создавать системы, чтобы воспользоваться преимуществами навыков интервенционных радиологов, «и, возможно, создать клиническую практику».

«Что нас ждет в будущем, мы не знаем», — говорит он. «Но мы работаем с больницами и группами над разработкой новых гибких методологий и моделей, обеспечивающих безопасность для всех сторон.

alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *